«Лоэнгрин» — подарок для любителей оперы

«Лоэнгрин» — это первое обращение театра к творчеству музыкального реформатора и бунтаря Рихарда Вагнера, своим творчеством оказавшего влияние на весь XX век. Произведение сложное, исполняется на немецком языке. Оно требует не только филигранной работы оркестра, удвоенного состава хора, силы и драматической яркости голосов. Необходимы еще и точная артикуляция, безупречное произношение, актерская энергетика. Иначе не получится главного — передать особый, вагнеровский стиль.

Именно такие задачи ставили перед собой создатели спектакля. Не экспериментируя и не замахиваясь на масштаб, Антон Гришанин и московский режиссер, он же сценограф Андрей Сергеев, сделали концертно-сценическую версию спектакля с соблюдением классических мизансцен. Все внимание исполнителей и зрителей сосредоточено на музыке, вагнеровской интонации, наполненности каждого мгновения действия. Стараются все — артисты оркестра, хора и, конечно, солисты. Ведь им выпал редкий шанс — петь Вагнера, исполнять одну из самых красивых и мелодичных его опер. Лилия Пахомова, солистка Челябинской оперы, признается: «Я себя поймала на мысли, что Вагнер дал мне с моим голосом бесконечность, где нет преград никаких. Где все течет и все бесконечно».

Оперной труппе работа над «Лоэнгрином» дала бесценный опыт. Поначалу никто не верил в успех. Все шло на преодолении, люди были поглощены заучиванием непонятных немецких слов и фраз, которые никак не вязались с привычной манерой пения. Думать одновременно о музыке и смысле произносимых звуков было невыносимо сложно. Но как только что-то стало получаться, оказалось, что именно сложность задач и возможность их решения нашей труппе были необходимы. Уже нет сомнений — труппа на этом спектакле очень выросла именно качественно, музыкантски. И люди получают удовольствие от встречи с музыкой Вагнера. Лилия Пахомова в этом спектакле впервые исполняет отрицательную роль злобной, мстительной Ортруды. Певица говорит: «Музыка шикарная, которая заставляет тебя взлетать в небеса».

Про немецкий язык и сложности с произношением перед премьерой уже никто не говорил. Зрители могли следить за тонкостями сюжета, глядя на экраны с субтитрами. Певцам храбрости придавали полгода зубрежки и тренинги с педагогами, а также установленные за кулисами мониторы с подстрочным текстом на немецком. Хотя, что говорить — волновались. Ведь в особенностях родного для Вагнера языка у русских певцов есть непреодолимые сложности. «Очень много согласных. Иной раз на одну маленькую нотку надо успеть шесть букв выговорить. А там много еще таких ноточек», — отмечает солист оперы Федор Атаскевич.

Самое удивительное, что во время спектакля зрители не испытывали особого беспокойства по поводу воспроизведения чужой речи. Средневековая легенда о благородном рыцаре из Священного царства Грааль, который спустился на землю, где царит хаос, чтобы научить людей любить, понималась и без слов. Ради любви Лоэнгрин спасает Эльзу, обвиненную в убийстве своего пропавшего брата. И покидает ее навсегда, потому что девушка не сдержала клятву — никогда не спрашивать его имя… Все традиционно и понятно.

В отличие от постановки «Лоэнгрина» на сцене московского театра «Новая опера». Как рассказал исполнитель главной партии Хачатур Бадалян, который в эти минуты готовится к выходу на челябинскую сцену, Лоэнгрин в Москве — антигерой — то ли политик, то ли бизнесмен. Но пришел он в среденвековое королевство Брабант с корыстными целями. «Постановки кардинально отличаются. Здесь Лоэнгрин — полубог, святой человек, чистый. Он приходит в мирскую жизнь, и его не понимают», — объясняет солист московского театра «Новая опера» Хачатур Балалян.

На премьере равнодушных в зале не было. Происходящее на сцене увлекало, музыка в исполнении оркестра театра звучала эмоционально, мощно. Интересно работал и хор. В этой опере хор — одно из главных действующих лиц. По количеству исполнителей — не вагнеровский, но по выразительности, точности выполнения поставленных задач, очень достойный. Многоголосные жанры, такие как хорал и гимн, придают звучанию скульптурность, величественность. Режиссер использует такой прием: перемещает хор группами, постоянно меняя мизансцену. Это подчеркивает масштабность и живость происходящего.

Прогнозировать судьбу спектакля рано. Она только началась. Судя по премьерному показу, титанические усилия были предприняты не зря. Это очень хороший урок стиля, красоты и профессии. А что касается нас, зрителей, то «Лоэнгрин» — это подарок. Впервые за 50 с лишним лет мы получили возможность послушать в живом исполнении, с хорошими голосами, выразительным оркестром и хором музыку Вагнера.

Последние новости

Еще интересные новости