Усыновление детей-сирот – забота государства

Одной из самых обсуждаемых тем этой недели стало “обращение, которого не было”. Последние несколько дней Челябинская область разбиралась в крайне запутанной истории международного масштаба. Сразу несколько электронных СМИ опубликовали информацию о том, что воспитанник челябинского дома-интерната №13 Максим Каргапольцев обратился к президенту России с просьбой смягчить “закон Димы Яковлева” и отпустить его в американскую семью. Якобы новый документ поставил крест на судьбе мальчика.

Как все было на самом деле? Ксения Комиссарова встретилась с Максимом, а потом еще раз перечитала новый закон.

Этот парень прославился на всю страну за несколько минут. Целую неделю его судьбу обсуждала вся область и вся Россия. Сначала Максим Каргапольцев стал звездой Интернета, потом – радио, газет и телевидения. К нему в гости один за другим начали приезжать корреспонденты местных и федеральных СМИ с единственным вопросом: а был ли мальчик, который обратился к президенту? Ответ Максима – никакого письма Владимиру Путину не было. “Я не писал письма президенту России Владимиру Владимировичу, и все то, что написано сейчас в Интернете, – это неправда”, – утверждает Максим Каргапольцев, воспитанник дома-интерната №13.

В России у него никогда не было родителей. Теперь Максим показывает фотографии несостоявшихся американских папы и мамы – Мила и Даяны. С ними он знаком уже семь лет, тесно общается два года. Директор дома-интерната озвучивает подробности: отказ в усыновлении Максима американцы получили за некоторое время до принятия так называемого “закона Димы Яковлева”. То есть к тому, что мальчик остался в России, новый федеральный документ не имеет никакого отношения. “Отказ американские граждане получили раньше, в ноябре, по-моему, в связи с тем, что у них неправильно подготовлены и поданы документы. Вот и все”, – комментирует Денис Мацко, директор дома-интерната №13.

Встретиться с Максимом в этот день захотели не только журналисты, но и губернатор Челябинской области. Забота о том, чтобы российских сирот начали чаще усыновлять российские граждане, теперь лежит в том числе на плечах глав регионов. Михаил Юревич приезжает не один, а вместе с Сергеем Вайнштейном. Такого развития событий уж точно не ожидал никто: депутат Государственной Думы, которая собственно и принимала новый закон, делает официальное заявление: еще до знакомства с Максимом он принял решение стать его опекуном. Мальчику он собирается помочь с образованием и лечением, а еще подарил новый телефон и ноутбук. “Мы с женой давно думали о том, чтобы взять несколько детей под попечительство. Если такая ситуация произошла, и это стало известно, я считаю, надо показывать пример”, – говорит Сергей Вайнштейн, депутат Государственной Думы.

“Только личными примерами можно изменить отношение в обществе. И каждый должен начинать с себя. Когда вот так человек с ходу, узнав о проблеме, готов взять ответственность, я думаю, что это дорогого стоит”, – считает Маргарита Павлова, уполномоченный по правам ребенка в Челябинской области.

“Не надо только смотреть на это однобоко: вот сейчас не будет американцев, и нашим детям станет плохо. Как раз сейчас во все уровни власти дан импульс заниматься детьми-сиротами. Региональные власти должны увеличить содержание таких детей, чтобы их брали в приемные семьи, следить за этим”, – отмечает Михаил Юревич, губернатор Челябинской области.

История Максима Каргапольцева стала поводом озвучить статистику усыновления в Челябинской области. На следующий день после знакомства с мальчиком вице-губернатор Ирина Гехт подвела итоги работы областного правительства в этом направлении за прошедший год. Во-первых, детей, которых усыновили, теперь практически не возвращают обратно в детские дома. В среднем по России, к сожалению, это происходит гораздо чаще.

Во-вторых, глава региона принял решение об увеличении на Южном Урале числа сотрудников органов опеки – ведомство стало больше на 108 человек. И именно этот факт, считает Ирина Гехт, поможет сохранить многие семьи и оставить детей у родных мам и пап. Рост уже есть: на 10 процентов. “У нас возросло количество детей, возвращаемых в кровные семьи. Наша задача – не лишать родительских прав, а максимально приложить усилия, для того чтобы ребенок остался в семье”, – заявляет Ирина Гехт, вице-губернатор Челябинской области.

Сейчас в детских домах и спецшколах Челябинской области находятся четыре тысячи детей. И взрослых с российским гражданством, которые хотят им помочь, в становится все больше. Только в прошлом году в истории Южного Урала появилось более двухсот новых приемных семей. Один из самых ярких примеров – челябинский предприниматель Егор Андреев. Он взял под опеку сразу девятерых детей и купил для них большой коттедж. Процент иностранного усыновления на этом фоне наоборот снижается – всего 60 человек за год. Новый федеральный закон, который запрещает российским сиротам переезжать в Америку, по мнению областных чиновников, принесет только пользу. Ведь сейчас очевидно: южноуральские семьи готовы больше усыновлять южноуральских детей. И статистика это уже доказала.

Последние новости

Еще интересные новости