Павел Астахов подвел итоги своей работы на Южном Урале

За три дня уполномоченный по правам ребенка при президенте России посмотрел более 30 детских учреждений. По словам Астахова, ситуация неплохая, заслуживает оценки четыре. А вот информацию о недочетах — и среди них несколько очень серьезных — уже передали на контроль прокуратуре.

За столом — руководители министерств образования и здравоохранения, общественной палаты, ГУВД и прокуратуры. За три дня вопросы у Павла Астахова накопились ко всем. Причем вопросы конкретные — по конкретным проблемным детям. У воспитанников троицкого интерната не оформлены квартиры. Почему? Мальчик уже четыре года живет в челябинском приюте, где максимально допустимый срок пребывания — 30 дней. Как такое может быть? О доставленных в одну из больниц девочках с истощением врачи не сообщали в милицию. Кто за это ответит? И самое элементарное: почему южноуральские дети не знают телефон горячей линии?

«Вы знаете телефон горячей линии, коллеги? — спрашивает Павел Астахов, уполномоченный при президенте Российской Федерации по правам ребенка. — Вчера записали? Хорошо, вчера записали, два дня уже знаете телефон горячей линии. А нас убеждают, что эффективно работает горячая линия в области, просто спасают день за днем детей! Я не вижу этой эффективности, если даже журналисты не знают, куда позвонить».

Часто, по словам Астахова, чтобы помочь ребенку, нужно помочь маме. В России три из четырех браков заканчиваются разводами. Малыш остается с матерью, которая часто впадает в тяжелую депрессию и начинает вести асоциальный образ жизни. Ребенок не доедает, не ходит в школу, подвергается побоям. Чтобы помочь таким детям, Астахов готов идти на крайние меры.

«Не надо меня обвинять в том, что я призываю всех детей изымать из семей, — говорит он. — Но я буду это делать и делаю, когда речь идет о жизни и здоровье ребенка. У нас только одно достаточное основание для изъятия ребенка из семьи — угроза жизни и здоровью. Все! Если на то пошло, пусть лучше боятся, что приедет Астахов и заберет детей. Пусть лучше боятся, чем так относиться к детям».

В регионе оказалось много проблем с ведением документации. Отказы матерей от детей оформлены неправильно. В акте психолого-педагогической экспертизы из восьми экспертов расписались только четыре, причем две подписи одинаковые. В бухгалтерии троицкого интерната — вообще список проблем. Павел Астахов поручил прокуратуре провести проверки всех социальных приютов. По его словам, главное — чтобы любая работа была комплексной. Часто спасительным может быть даже не помощь чиновников, а просто звонок от соседей, которые заметили в поведении ребенка что-то странное.

«Не надо дожидаться того состояния у ребенка, когда его уже невозможно будет вылечить и реабилитировать, — считает Павел Астахов. — Что мы за люди такие, если мимо проходим, когда ребенку плохо рядом».

Последние новости

Еще интересные новости